Случайная неслучайность...
Одеваясь утром на прогулку и повязывая на шею платок я и подумать не могла, что он меня приведет на улицу Большая Ордынка.
Вы спросите как?
Дело в том, что платок этот не совсем обычный.
Сюжет платка "Финист-Ясный Сокол" созданого дизайнером Анной Толстиковой, посвящен белокаменной резьбе на храме в Марфо-Мариинской обители. Поэтому когда гуляя по Старомонетному переулку мы увидели указатель "Марфо-Мариинская обитель" я повернула в переулок. Добраться до обители я мечтала не один год, с тех пор как платок появился в моей коллекции.
Светло зеленое здание, похоже на особняк, которых много на Большой Ордынке. Возможно, если бы не надпись, мы и не обратили внимание.
В глаза бросается необычный вход в обитель. Не знаю почему, но перед моими глазами предстала церковь Спаса Нерукотворного в музее-усадьбе Абрамцево.
Сквозь небольшой проем-дверь в стене мы попадаем во внутрь.
Нашему взору открывается территория обители и храм - Покровский собор.
Обитель была основана в 1909 году вдовой московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича Елизаветой Фёдоровной. На вырученные от продажи своих драгоценностей деньги, она купила на Большой Ордынке усадьбу с садом. 10 февраля 1909 года — дата официального открытия Марфо-Мариинской Обители милосердия. К этому моменту здесь жили шесть насельниц.
В большом двухэтажном доме, выходящем на улицу, была устроена больница с палатами и операционной, в мезонине располагались комнаты сестер. Помещение с большими окнами преобразовали больничный храм, освященный во имя Марфы и Марии, ставшими небесными покровительницами новой обители.
Центром Марфо-Мариинской обители стал Покровский собор, строившийся в 1908-1912 годах. Это уникальный образец неорусского стиля в храмовом зодчестве или «русского церковного модерна». Он был спроектирован известным архитектором Алексеем Щусевым. Вопрос о возведении большого собора встал сразу, как только Елизавета Феодоровна приобрела усадьбу на Ордынке. С просьбой порекомендовать талантливого архитектора она обратилась к художнику Михаилу Нестерову — этого живописца, расписывающего храмы, очень ценил ее муж.
На алтарной апсиде сохранилась закладная доска, сообщающая когда и в чьем присутствии был заложен собор.
А так же Голгофский крест.
Резьба по камню является главным украшением собора.
При виде каменного панно мне почему-то вспомнилась песня на стихи Анри Волохонского в исполнении Бориса Гребенщикова.
Под небом голубым есть город золотой
С прозрачными воротами и яркою звездой
А в городе том сад всё травы да цветы
Гуляют там животные невиданной красы
Одно как жёлтый огнегривый лев
Другое вол исполненный очей
С ними золотой орёл небесный
Чей так светел взор незабываемый
А в небе голубом горит одна звезда
Она твоя о ангел мой она твоя всегда
Кто любит тот любим кто светел тот и свят
Пускай ведёт звезда тебя
Дорогой в дивный сад
Тебя там встретит огнегривый лев
И синий вол исполненный очей
С ними золотой орёл небесный
Чей так светел взор незабываемый
Любопытная деталь. Сочиненное в ноябре 1972 года на музыку Владимира Вавилова стихотворение начиналось словами: «Над небом голубым...». В варианте Гребенщикова имеется несколько отличий от оригинального текста, главное из которых замена в первой строчке этих слов на «Под небом голубым…».
Северные врата собора, так же украшены резьбой по камню.
Два ангела.
Каменная резьба над вратами.
В 1990 года на территории монастыря был установлен памятник великой княгине Елисавете Феодоровне.
Еще одна каменная резьба украшающая собор.
Вход в Покровский собор.
Очень хотелось узнать, что за жучки-паучки висят вместе с замками, но спросить было не у кого.
Здесь был разбит потрясающий сад, за которым неустанно ухаживали насельницы и помощницы. Когда-то здесь росли липы,но в советские годы они были безжалостно вырублены.
Сквозь прошлогоднюю листву пробивается зелень тюльпанов.
Часовня Елисаветы Феодоровны
Голгофа
Западный фасад храма.
Мозаичный образ Спаса Нерукотворного выполнен художником Михаилом Нестеровым, который расписал и храм.
Колокола Покровского собора.
На окнах храма установлены решетки напоминающие деревья.
Украшения южного фасада храма.
Как я уже писала расписывал храм выдающийся художник Михаил Нестеров. Особого внимания заслуживает написанная на стене трапезной картина «Путь ко Христу». Художник выполнил её вразрез с традициями русской православной живописи — вместо святых и угодников, схимников и подвижников или хотя бы монахов, как полагалось в соответствии с многовековой традицией фресковой живописи, Нестеров изобразил на ней обыкновенных людей, ищущих свой путь ко спасению.
В росписи Покровской церкви великому Нестерову помогал 19-летний юноша, уроженец Палеха и выпускник тамошней иконописной школы, Павел Корин. Именно этому талантливому мастеру пять лет спустя Елизавета Федоровна доверила роспись крипты Покровской церкви.
В предельной часовне Покровкого собора установлена рака с частицами мощей и плащаницей священномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны.
Если случайно окажетесь на Большой Ордынке, не пожалейте времени и обязательно зайдите сюда.
Переступая порог обители попадаешь в совершенно другое измерение.
Здесь забываешь, что по ту сторону ограды в бешеном ритме живет огромный город.
Вы спросите как?
Дело в том, что платок этот не совсем обычный.
Сюжет платка "Финист-Ясный Сокол" созданого дизайнером Анной Толстиковой, посвящен белокаменной резьбе на храме в Марфо-Мариинской обители. Поэтому когда гуляя по Старомонетному переулку мы увидели указатель "Марфо-Мариинская обитель" я повернула в переулок. Добраться до обители я мечтала не один год, с тех пор как платок появился в моей коллекции.
Светло зеленое здание, похоже на особняк, которых много на Большой Ордынке. Возможно, если бы не надпись, мы и не обратили внимание.
В глаза бросается необычный вход в обитель. Не знаю почему, но перед моими глазами предстала церковь Спаса Нерукотворного в музее-усадьбе Абрамцево.
Сквозь небольшой проем-дверь в стене мы попадаем во внутрь.
Нашему взору открывается территория обители и храм - Покровский собор.
Обитель была основана в 1909 году вдовой московского генерал-губернатора великого князя Сергея Александровича Елизаветой Фёдоровной. На вырученные от продажи своих драгоценностей деньги, она купила на Большой Ордынке усадьбу с садом. 10 февраля 1909 года — дата официального открытия Марфо-Мариинской Обители милосердия. К этому моменту здесь жили шесть насельниц.
В большом двухэтажном доме, выходящем на улицу, была устроена больница с палатами и операционной, в мезонине располагались комнаты сестер. Помещение с большими окнами преобразовали больничный храм, освященный во имя Марфы и Марии, ставшими небесными покровительницами новой обители.
Центром Марфо-Мариинской обители стал Покровский собор, строившийся в 1908-1912 годах. Это уникальный образец неорусского стиля в храмовом зодчестве или «русского церковного модерна». Он был спроектирован известным архитектором Алексеем Щусевым. Вопрос о возведении большого собора встал сразу, как только Елизавета Феодоровна приобрела усадьбу на Ордынке. С просьбой порекомендовать талантливого архитектора она обратилась к художнику Михаилу Нестерову — этого живописца, расписывающего храмы, очень ценил ее муж.
На алтарной апсиде сохранилась закладная доска, сообщающая когда и в чьем присутствии был заложен собор.
А так же Голгофский крест.
Резьба по камню является главным украшением собора.
При виде каменного панно мне почему-то вспомнилась песня на стихи Анри Волохонского в исполнении Бориса Гребенщикова.
Под небом голубым есть город золотой
С прозрачными воротами и яркою звездой
А в городе том сад всё травы да цветы
Гуляют там животные невиданной красы
Одно как жёлтый огнегривый лев
Другое вол исполненный очей
С ними золотой орёл небесный
Чей так светел взор незабываемый
А в небе голубом горит одна звезда
Она твоя о ангел мой она твоя всегда
Кто любит тот любим кто светел тот и свят
Пускай ведёт звезда тебя
Дорогой в дивный сад
Тебя там встретит огнегривый лев
И синий вол исполненный очей
С ними золотой орёл небесный
Чей так светел взор незабываемый
Любопытная деталь. Сочиненное в ноябре 1972 года на музыку Владимира Вавилова стихотворение начиналось словами: «Над небом голубым...». В варианте Гребенщикова имеется несколько отличий от оригинального текста, главное из которых замена в первой строчке этих слов на «Под небом голубым…».
Северные врата собора, так же украшены резьбой по камню.
Два ангела.
Каменная резьба над вратами.
В 1990 года на территории монастыря был установлен памятник великой княгине Елисавете Феодоровне.
Еще одна каменная резьба украшающая собор.
Вход в Покровский собор.
Очень хотелось узнать, что за жучки-паучки висят вместе с замками, но спросить было не у кого.
Здесь был разбит потрясающий сад, за которым неустанно ухаживали насельницы и помощницы. Когда-то здесь росли липы,но в советские годы они были безжалостно вырублены.
Сквозь прошлогоднюю листву пробивается зелень тюльпанов.
Часовня Елисаветы Феодоровны
Голгофа
Западный фасад храма.
Мозаичный образ Спаса Нерукотворного выполнен художником Михаилом Нестеровым, который расписал и храм.
Колокола Покровского собора.
На окнах храма установлены решетки напоминающие деревья.
Украшения южного фасада храма.
Как я уже писала расписывал храм выдающийся художник Михаил Нестеров. Особого внимания заслуживает написанная на стене трапезной картина «Путь ко Христу». Художник выполнил её вразрез с традициями русской православной живописи — вместо святых и угодников, схимников и подвижников или хотя бы монахов, как полагалось в соответствии с многовековой традицией фресковой живописи, Нестеров изобразил на ней обыкновенных людей, ищущих свой путь ко спасению.
В росписи Покровской церкви великому Нестерову помогал 19-летний юноша, уроженец Палеха и выпускник тамошней иконописной школы, Павел Корин. Именно этому талантливому мастеру пять лет спустя Елизавета Федоровна доверила роспись крипты Покровской церкви.
В предельной часовне Покровкого собора установлена рака с частицами мощей и плащаницей священномученицы великой княгини Елисаветы Феодоровны.
Если случайно окажетесь на Большой Ордынке, не пожалейте времени и обязательно зайдите сюда.
Переступая порог обители попадаешь в совершенно другое измерение.
Здесь забываешь, что по ту сторону ограды в бешеном ритме живет огромный город.